Язык. Культура. Общество. Сборник научных трудов. ISSN 2219-4266


ГЛАВНАЯ СТРАНИЦА       О СБОРНИКЕ             РЕДКОЛЛЕГИЯ                 АВТОРАМ                       АРХИВ                       РЕСУРСЫ                     КОНТАКТЫ          

Материалы III Международной научной конференции «Межкультурная коммуникация в современном обществе».
Саранск, 16.11.2012 г.
(Язык. Культура. Общество. Выпуск 4. 2012 г.)


«ЛАМБАДА В ТВЕРИ», «ДИКИЕ ТАНЦЫ» И СОВРЕМЕННАЯ УКРАИНСКАЯ МАССОВАЯ ЛИТЕРАТУРА: ПРОБЛЕМА ГЛОБАЛИЗАЦИИ


С. О. Филоненко

Бердянский государственный педагогический университет (г. Бердянск, Украина)



В статье рассматриваются процессы глобализации в соотнесении с распространением массовой культуры и литературы. Проанализированы разные точки зрения: от негативистской по отношению к этим явлениям до восприятия их как шанса на популяризацию украинского культурного продукта и на более четкое национальное самоопределение. Популярные формы массовой культуры и литературы (жанры и «формулы»), наполненные национальным содержанием, способны стать «визитной карточкой» Украины в культурно разнообразном мире.


Украинская гуманитаристика, для которой вопрос национальной идентичности всегда был одним из ключевых, не обошла стороной проблему роли отечественной массовой литературы в глобализационных процессах. Как известно, в основе последних лежат интеграционные тенденции, которые приводят к унификации практически всех сфер человеческой жизни. Это наиболее очевидно в политике, экономике и культуре. Как утверждает Мария Кушнарева, «…в культурной сфере действие глобализационных тенденций проявляется прежде всего в определенной стандартизации, унификации культурного продукта, его коммерциализации. Другими словами, глобализация проявилась в том, что, собственно, произошло окончательное превращение культуры в товар, который, как и любой товар, прежде всего должен продаваться» [10].

Глобализация в указанной сфере вызывает мировое распространение национальных вариантов культуры, которое осуществляется благодаря современным коммуникационным технологиям и, в первую очередь, телевидению и Интернету. Таким образом, национальные культуры, например американская, приобретают значение интернациональных, или «суперкультур». Происходит так называемая «американизация», «вестернизация» культуры.

Кто боится Бритни Спирс?

Кирилл Разлогов вспоминает: «Когда …европейцы говорят массовая культура, они обычно подразумевают ужасный призрак американизации, который угрожает людям во всем мире; неизвестно, как с ним бороться, как противодействовать его «отрицательным» последствиям» [13]. При этом аутентичная культура определенной страны может вытесняться на периферию, маргинализироваться, что воспринимается как угроза и вызывает распространение так называемого «алармистского» гуманитарного дискурса (от англ. alarm – тривога, паника, смятение). По словам Анны Пронькиной, «по уже сложившейся традиции о массовой культуре принято говорить как о некой универсальной модели, не просто подходящей абсолютно каждой национальной культуре, а подчиняющей ее своим интересам и правилам, стандартизирующей, замещающей все внутрикультурные отношения и процессы» [12, С. 5]. Кирилл Разлогов отметил важные факторы глобализации массовой культуры: ее разнообразие и способность быстро переключаться (с одной мелодии, бестселлера на другие), что дает возможность «…непрерывно приспосабливаться к разным типам аудитории, объединяя их в более или менее глобальную сеть» [13].

Традиционно считается, что массовая культура и литература лишены национального облика. Мария Домбровская подчеркивает: «Массовая культура …не имеет национальных истоков, национальных черт характера, быта или культуры того или иного народа. Это искусственно созданная культура, рассчитанная на потребление ее народными массами любой национальности» [6, С. 61]. По словам Сергея Зенкина, массовая культура ориентируется на «транснациональный код «масскультурных» знаков, опознаваемых и потребляемых во всем мире» [8]. Мария Черняк отмечает, что новейшей массовой культуре свойственен «прогрессирующий космополитический характер» [15, С. 11], в результате чего происходит унификация ее поэтики. Подобный тезис обосновал Петр Рыхло, по мнению которого массовая литература «стандартизирует и унифицирует место действия, обстоятельства, человеческий характер» [11, С. 317]. Исследователь говорит об условности национального начала в популярной литературе.

В украинской культурной среде в последние 15–20 лет негативизм относительно массовой культуры умножается на страх перед глобализацией, что приводит к активизации «дискурса угрозы». Так, Иван Дзюба в многочисленных выступлениях по поводу глобализации часто упоминает массовую культуру: «…во все уголки мира проникают нелучшие образцы т. н. «массовой культуры» и нелучшие стандарты т. н. «американского образа жизни». Культурное разнообразие человечества поставлено под угрозу, а многообразие – это способ бытия культуры» [3, С. 27]. Академик неоднократно подчеркивал, что массовая культура является «очень опасным явлением», так как по сути это «бескультурье» [5, С. 4–5]. Ученый опасается, что в глобализированном мире человек станет винтиком, манипулируемой единицей статистики. Однако Иван Дзюба далек от того, чтобы видеть в экспансии американской или иной массовой культуры признаки «международного заговора для морального разложения …общества», он признает, что массовая культура отражает реальные интересы, спрос современного социума [5, С. 4–5].

Глобализация – это шанс?

Украинская исследовательница Мария Кушнарева апеллирует к идеям Тайлера Кона и Джона Сибрука, которые увидели в глобализации положительные моменты. Первый в книге «Творческое уничтожение» «…приводит интересные примеры культурного экспорта в сфере кулинарии». Распространение ресторанов с разными национальными кухнями в Америке (азиатских, латиноамериканских и т. д.) способствует культурному обмену, популяризации национальных форм культуры. Джон Сибрук отмечает, что процесс глобализации «…позволяет уменьшить масштабы ксенофобии и создает предпосылки для лучшего взаимопонимания разных народов. Глобализация сама по себе делает невозможной культурную гегемонию одной страны – она только означает огромную возможность выбора» [Цит. по 10]. Роман Кись в книге «Глобальное – национальное – локальное (социальная антропология культурного пространства)» (2005) утверждает, что «…глобализация …способствует аккультурации – сближению и взаимопроникновению парадигм культур, которые взаимодействуют, и еще более диверсифицирует мир в этнокультурном плане. Парадоксально – в некоторых проявлениях и на определенной фазе глобализация может даже стимулировать напряженные поиски национальной идентичности, самоутверждения и этнокультурной самоактуализации» [9, С. 49].

Среди украинистов есть и те, которые воспринимают глобализацию как шанс и спасение для национальной культуры. Так, польская ученая Оля Гнатюк считает, что унификация массовой культуры вследствие глобализации должна привести к расширению сферы использования украинского языка: отечественный бестселлер, дублирование сериалов на украинском – эти факторы могли бы сработать в пользу украинской культуры, привлечь к ней самые широкие массы [2, С. 28].

Украинизация массовой культуры

Идею украинизации массовой культуры озвучивают даже «алармисты». Так, Иван Дзюба предложил «адаптировать к украинскому национально-культурному субстрату разные формы масскультуры, молодежной субкультуры и т. д., придать украинский характер современной индустрии развлечений» [4, С. 6]. Роман Кись призвал создавать «…органично украинский урбанистический досуг»: украинофонные видео, кино, шоу-бизнес [9, С.25].

Постепенно в дискуссии акцент переносится с намерения заклеймить массовую культуру как ужасное порождение глобализации на призыв создавать конкурентоспособный национальный продукт. Подобные тенденции отметили и российские ученые. Например, Григорий Тульчинский проанализировал «патриотические» рассуждения российских гуманитариев о засилье американского масскульта в кино, рекламе и на телевидении: «Показательно, что по мере становления российского кинематографа, освоения им блокбастерных жанров, громы и молнии в адрес засилья голливудского кино сменилось гордостью за отечественные фильмы, «ничем не уступающие голливудским образцам» – вроде «Севильского цирюльника», «Ночного дозора», «Турецкого гамбита» [14].

Таким образом, перед украинским обществом стоит задача: создать национальный вариант массовой культуры и литературы, со всеми ее жанрами и «формулами». Вместо того, чтобы импортировать американский вариант, следует самим стать экспортером своего развлекательного продукта. При всем тяготении массовой культуры к стандартизации, она, по словам Григория Тульчинского, «…не исключает реализацию ярких, своеобразных и самобытных явлений в искусстве, культурной жизни. Наоборот – дает им дополнительные возможности. Только уникальное глобально» [14]. В качестве примера ученый приводит Японию, Сингапур, Финляндию, Индию и Китай, которые смогли создать популярные в мире варианты массовой культуры. Кирилл Разлогов в статье «Глобальная массовая культура и культурное разнообразие» упоминает о всеобщей популярности локальные явлений массовой культуры: бразильской ламбады (звучала даже в русской Твери!), японских боевых искусств и традиций ниндзя (например, во французских мультфильмах) [13].

Огромный потенциал создания глобально популярной культурной модели Григорий Тульчинский увидел в Украине. Возможность успеха доказала победа на песенном конкурсе «Евровидение» 2004 года поп-исполнительницы Русланы Лыжычко, которая эксплуатировала в шоу «Дикие танцы» мотивы украинской и региональной (гуцульской) идентичности. Как считает Марко Павлышин, это выступление символизировало «…культурную энергию, оригинальность, вновь найденную архаическую аутентичность, витаизм и эрос», которые способны «омолодить» Европу, «изнуренную и медлительную» [7, С. 73].

Идеал современной украинской литературы оригинально сформулировали братья Виталий и Дмитрий Капрановы в статье «Кобзарство как альтернатива глобализации»: «…украинская литература, в соответствии с заветом Великого Кобзаря [Тараса Шевченко. – С. Ф.], должна быть читабельной по форме, современной по методу и национальной по содержанию» (перифраз известного высказывания Сталина 1925 года) [1]. Считаем, что перспективный путь развития отечественной массовой литературы – наполнение давно известных жанров самобытным национальным содержанием. Детективы на материале загадочной украинской истории, боевики на тему казачины и борьбы отрядов Нестора Махно, фэнтези на материале богатейшей украинской демонологии, фольклора, костюмно-исторические романы по образцу «Анжелики» о временах Киевской Руси или Гетьманщины могли бы соединить интернациональные «формулы» и аутентичную культуру. Частично этот процесс уже происходит в массовой литературе (отметим для примера произведения Василия Кожелянко, братьев Капрановых, Симоны Вилар, Светланы Пыркало, Юрия Винничука и др.). На наш взгляд, обществу стоит избавиться от страха перед массовой культурой и глобализацией, а вместо этого направить их положительное влияние на модернизацию украинской культуры и литературы для более отчетливого самоопределения в современном разнообразном мире. Успешные и десятилетиями отработанные формы популярного искусства способны сделать известными и востребованными украинский язык, фольклор, народный быт, историю, литературу, чтобы они стали «визитной карточкой» нашей страны во всем мире.




1. Брати Капранови. Кобзарство як альтернатива глобалізації [Электронный ресурс] / Брати Капранови // Сайт братів Капранових. – Режим доступа: http://www.kobzar.com.ua/index.php?id= 4&theme_id=37.

2. Гнатюк О. Прощання з імперією: Українські дискусії про ідентичність / Оля Гнатюк. К.: Критика, 2005. 528 с. Бібліогр.: с. 491–518.

3. Дзюба І. Глобалізація і майбутнє культури / Іван Дзюба // Слово і Час. 2008. № 9. С. 23–30.

4. Дзюба І. Деякі проблеми і перспективи української культури / Іван Дзюба // Кур’єр Кривбасу. 2002. № 153. С. 3–7.

5. Дзюба І. Злам тисячоліть: фантом чи реальність? / Іван Дзюба // Кур’єр Кривбасу. 2002. № 147. С. 3–8.

6. Домбровська М. Дефініції «масової літератури» / Марія Домбровська // Слово і Час. 2005. № 11. С. 54–65.

7. Європейська меланхолія. Дискурс українського окциденталізму [за ред. Т. І. Гундорової]. К. : ВД «Стилос», 2008. 160 с.

8. Зенкин С. Н. Массовая культура – материал для художественного творчества: к проблеме текста в тексте [Электронный ресурс] / С.Н. Зенкин // Популярная литература: Опыт культурного мифотворчества в Америке и в России [под ред. Т. Д. Венедиктовой]. – М. : МГУ, 2003. – Режим доступа: http://ivgi.rsuh.ru/article.html?id =73403.

9. Кісь Р. Глобальне – національне – локальне (соціальна антропологія культурного простору) / Роман Кісь. Львів : Літопис, 2005. 300 с.

10. Кушнарьова М. Б. Основні тенденції розвитку масової культури в сучасній Україні в контексті глобалізації [Электронный ресурс] / М. Б. Кушнарьова, І. В. Петрова, С. І. Цимбалюк, Т. В. Шумейко. – Режим доступа: http://www.culturalstudies.in.ua/ zv_2005_s6.php.

11. Лексикон загального та порівняльного літературознавства. Чернівці : Золоті литаври, 2001. 636 с.

12. Пронькина А. В. Национальные модели массовой культуры США и России: культурологический анализ : монография / А. В. Пронькина ; Ряз. гос. ун-т им. С. А. Есенина. Рязань, 2009. 156 с.

13. Разлогов К. Э. Глобальная массовая культура и культурное разнообразие [Электронный ресурс] / К. Э. Разлогов. – Режим доступа: http://www.ifapcom.ru/files/Monitoring/razlogov_glob_mass_cult.pdf.

14. Тульчинский Г. Л. Культура в шопе [Электронный ресурс] / Григорий Тульчинский // Нева. 2007. № 2. – Режим доступа: http://hpsy.ru/public/x2960.htm.

15. Черняк М. А. Массовая литература ХХ века : [учеб. пособие] / М. А. Черняк. М. : Флинта : Наука, 2007. 432 с.





© Коллектив авторов, 2011-2016, info@yazik.info